Лимиты убытка и остановка, которая не перематывает ленту

Лимит — число, которое кончает разрешение. Это не прогноз крупнейшей потери, которую вы увидите, и не подушка, которая возникает под ценой. В замысле Captay вокруг каждой стратегии четыре числа: какой доли счёта правилу можно касаться, какой величины может достичь одна позиция, как далеко выделенный кусок может упасть от своего пика и сколько он может потерять от одной границы сессии до следующей. Здесь речь о двух последних и о ручной остановке рядом с ними.

Двое часов

Дневной лимит смотрит на изменение с открытия сессии. Тихое утро и жёсткий день делят один бюджет. Если бюджет кончился в полдень, вечер не получает новый из-за того, что стратегия «обычно отыгрывает». Лимит просадки смотрит на пик. Медленное стачивание без драматического дня всё равно может его пересечь. Только дневная цифра пропустит стачивание. Только пик пропустит день, который начался уже раненым и внутри сессии стал хуже. Замысел держит оба, и любого достаточно, чтобы остановить новые заявки.

Оба считаются по рынку. Монета, которую вы не продали, всё ещё убыток, если так говорит цена площадки. Ждать, пока круг «завершится», прежде чем считать, — способ, которым сетка или расписание DCA уговаривают себя на большую позицию. Реализованный убыток может интересовать учёт позже. Остановку интересует позиция, в которой вы на самом деле находитесь.

Что делает срабатывание

Когда лимит достигнут, задуманная машина снимает стоящие заявки этой стратегии, отказывает новым и пишет строку журнала, которую человек может прочитать. Она не меняет размер лимита и не продолжает. Она не переключается на более мягкий тип заявки. Она не шлёт заявку на закрытие, если закрытие не было отдельным указанием, которое вы вооружили как собственное действие. По умолчанию — перестать добавлять, а не разворачиваться.

Снятие не мгновенно в том смысле, который важен. Исполнение может прийти, пока снятие ещё в пути. Разрыв может напечатать цену, по которой стоящая заявка не торговала, и цену, по которой теперь оценивается запас. Журнал должен показать эту гонку. Сегодня показать нельзя: нет процесса журнала и нет заявки, с которой гнаться. Замысел всё равно отказывается говорить, что лимит «ограничивает убыток ровно» этой цифрой. Цифра кончает разрешение. Рынок мог уже уйти дальше.

Остановка, которую нажимаете вы

Аварийный выключатель — та же остановка, начатая человеком, а не сравнением. Не нужно, чтобы дневная цифра была исчерпана. Нужна своя причина: площадка выглядит не так, правило вам больше не верится, ключ вы собираетесь удалить. Выключатель снимает и блокирует. Ключ он не удаляет. Удаление ключа — отдельный жест на бирже, и именно он переживает ошибку в самом выключателе.

После любого из двух стопов стратегия остаётся снятой. Таймер, который включит её на следующей границе сессии, превратил бы лимит в отсрочку. Человек, который вооружает снова, должен посмотреть на оставшуюся позицию, включая монету, которую остановка не продала. Если смотреть неприятно, повторное вооружение ждёт. Неприятное — не состояние ошибки.

Что остаётся на счёте

Открытая монета остаётся открытой монетой. Её следующее движение — не проблема стратегии лишь в том смысле, что стратегии велели молчать. Движение всё равно меняет счёт. Если её нужно продать, вы продаёте или вооружаете явное закрытие, понимая, что это сделка с комиссией и ценой, которая может не нравиться. Замысел Captay не прячет закрытие внутрь слова «стоп». Спрятать значило бы сделать из остановки рыночную заявку, размер которой вы не задавали.

Доля капитала и размер позиции — два других числа, и они связывают ещё до появления убытка. Так вы не требуете от остановки хитрости. Доля, равная всему счёту, значит, что остановка торгуется со всем, что у вас есть. Потолок позиции, заданный далеко выше любого расписания, которое вы реально запустите, — не потолок. Страницы про DCA и сетку говорят это языком тех правил. Здесь важен порядок: сначала размер, потом часы убытка, потом человек.

Бумага позже — это репетиция

Бумажная сессия была бы местом, где лимит срабатывает, а площадка заявку не принимает. Это всё равно был бы рассказ о воображаемых исполнениях, слепой к месту в очереди. Её нет. Описание — не разрешение считать, что учение пройдено. Лимит не загружен. В закрытом кабинете нет выключателя, кроме пустой панели, которая говорит, что кабинет закрыт.

Если будущий экран покажет цифру убытка, это будет цифра подключённого счёта, и она сможет быть убытком. Здесь её не предвосхищают. Примерное число было бы статистикой, которой продукт не заслужил. Тормоз — это форма: измерить, снять, отказать, дождаться человека. Лента исполнений остаётся там, где её оставила биржа.

Чего цифра не обещает заранее

Записать дневной убыток или просадку легко спутать с обещанием, что хуже этой цифры не будет. Путаница понятна и неверна. Цифра кончает разрешение ставить новые заявки. Она не выкупает уже купленное и не останавливает цену. Разрыв между решением снять заявку и ответом площадки может оставить исполнение, которого в таблице лимита не было.

Поэтому рядом с часами остаётся человек. Повторное вооружение — не галочка «больше не спрашивать». Это взгляд на запас, который остановка не продала. Если взгляд невыносим, правильный исход — оставить правило снятым и решить вопрос на самой бирже. Captay в этом выпуске даже этот взгляд не показывает: панели кабинета пустые, и цифры убытка на них нет.